Церковнославянский или русский?

14.02.2020

9942442342.jpg

Прозвучавшие в конце прошлого года слова Святейшего Патриарха Кирилла о его видении проблемы перевода богослужения на русский язык вызвали новый всплеск обсуждений этой темы, в том числе в соцсетях и на иных интернет-площадках. Напомним, Предстоятель Русской Православной Церкви на Епархиальном собрании, в частности, отметил, что «славянский язык органично изменялся на протяжении более чем десяти веков существования Русской Церкви. И в последние годы Священный Синод неоднократно давал указание, чтобы при составлении новых богослужебных текстов на церковнославянском языке их авторы и редактирующая эти труды Синодальная богослужебная комиссия избегали малопонятных, архаичных грамматических или лексических конструкций». При этом он подчеркнул, что главная сложность в понимании мирянами богослужебных текстов проистекает из самого их содержания, из высоты догматического учения, поэтических особенностей и насыщенности библейскими образами, которые непросто понять тем, кто обладает поверхностными знаниями о церковном учении и о библейской истории. Почему же вопрос языка богослужения уже на протяжении долгого времени вызывает такие ожесточенные споры, и надо ли присоединяться к какой-то из спорящих сторон? Приведем одно из мнений по этому поводу.

 

Ясно, что высказывание Предстоятеля Церкви на эту важную тему, которая в последние годы стала одной из самых обсуждаемых, не могло не привлечь внимание верующих. И это действительно произошло: во многих интернет-сообществах, посвящённых жизни Церкви, начали появляться в большом количестве отзывы на слова Патриарха — а вернее даже отзывы не на его слова, а частные высказывания на ту же тему. Хочется поразмыслить над сутью вопроса, сама полемика вокруг которого (тон её, те эмоции, которые она вызывает) заслуживает, может быть, даже более пристального внимания, чем сам вопрос. Открывая какую-нибудь популярную православную группу в социальной сети и найдя там обсуждение вопроса целесообразности перевода богослужения на современный русский язык, обратим внимание на комментарии к этой записи: как часто в них звучит неожиданный сарказм по отношению к оппонентам, непримиримость и иногда какая-то даже злоба! Странно видеть такое среди христиан по отношению друг ко другу…

Однако же эти неприятные странности тоже говорят о том, что вопрос, как говорится, наболел. Многим он, как кажется, уже представляется эдаким краеугольным камнем нашей Церкви: одни говорят, что, поменяв язык, мы совершим чуть ли не отступление от веры, другие заявляют, что именно изменение языка богослужения приведет едва ли не к духовному возрождению народа. И кто же тут прав? А вдруг никто?! Вдруг краеугольный камень – это не язык, а именно сама вера наша, духовность, Господь?!

Да, логично предположить, что грамотный перевод службы на современный русский язык высокого, так сказать, стиля даст возможность полностью осмысленно участвовать в службе как мирянам, так и духовенству. Да и вообще, следуя логике равноапостольных Кирилла и Мефодия, которые в свое время переводили христианские Писания не на «особо поэтичный» или «особо богодухновенный» язык, а просто на язык понятный для древних славян, очень даже обоснованно выглядит то, что нынешний церковно-славянский текст службы нуждается если не в замене, то, во всяком случае, в серьезном пересмотре.

Например, всем известное повествование о Рождестве Христовом в Евангелии от Матфея начинается так: «Иисус Христово Рождество сице бе…» Вот это «сице бе» – что такого плохого в том, чтобы заменить это выражение при чтении в храме на понятное «было так»? Разве менее благодатно и красиво будут звучать слова Писания? Нет.

0032431.jpg

Логичны, впрочем, и многие контрдоводы против переводов – к примеру, можно отметить, что многое адекватно перевести уже очень сложно, что люди по сей день спасаются без всяких переводов, и что у тех же католиков не произошло какого-то там духовного возрождения после того, как они узаконили переводы своих богослужений на современные языки.

Все это так. И те, и другие правы по-своему. Язык богослужения очень важен. Не правы только те, кто ставит этот вопрос слишком высоко. Ведь если подняться над спорами о переводе, то мы увидим, что, во-первых, проповеди в храмах звучат по-русски, священники говорят с прихожанами по-русски, есть у нас и официальный хороший перевод Писания, есть и творения святых отцов, переведенные также на современный язык; а во-вторых, мы увидим, что, например, в Православной Церкви в Америке служат на английском языке и не считают его каким-то там ущербным по отношению к церковнославянскому – перевели на понятный большинству язык и все, Церковь благословила.

Иными словами, проблемы, по сути, как таковой нет, или, вернее, она никогда не будет иметь такой первостепенной важности, как нам иногда пытаются доказать. Русский язык на службах есть, есть он и в виде переводов всего – от Писания до тропарей Постной триоди. Был и есть церковнославянский язык, но его наличие (как, впрочем, и наличие русского!), например, не помешало массовому отпадению народа России от веры в начале прошлого века.

Что все это значит? А то, что не в срочном новом переводе и не в стойкой защите старого текста заключается спасение и стержень духовной жизни христианина. Можно перевести всё, что только поддаётся переводу, но человек, который не желает жить по-христиански, таким же и останется. Можно навсегда запретить трогать церковнославянский текст, но тот, кто во время проповеди за литургией по привычке думает о мирском, не изменит своего теплохладного отношения к службе. Что же нам со всем этим делать? А просто поменять своё отношение к этому вопросу, который оказывается на поверку не таким уж и важным для спасения.

И тут стоит привести кое-что из действительно очень мудрых слов Патриарха Кирилла о переводе: в частности, он предложил вводить чтение Писания за богослужением по-русски только там, где к этому готовы, где это не вызовет серьезных споров. При этом Патриарх указал и на то, что проблема не столько в непонимании текста, а порой лишь в недостаточных знаниях церковного учения, что само по себе от языка, конечно, не зависит, так как это уже вопрос просвещения.

8433232421.jpg

Если вновь почитать в сети многие комментарии к вопросу о переводе, то мы увидим, что очень часто в недобрых интонациях, изобилующих там, сквозит только глубокая духовная проблема, также никак, в общем-то, с языком не связанная.

Таким образом, если мы станем принципиальными противниками перевода, который, допустим, одобрит Церковь, то уподобимся раскольникам XVII века. А если будем копить в себе злость после того, как Церковь все же посчитает, что радикальный перевод делать не нужно, то уподобимся раскольникам начала XX столетия, которые модернизацию всего на свете ставили выше единства и мира. Нужно обратить внимание, что ведь мы же все-таки друг другу братья, и если, как нам кажется, неправота другого вызывает в нас желание подвергнуть его костру инквизиции, то, значит, нужно выкинуть из головы этот вопрос перевода, оставив его Господу, и навести порядок в своей душе. Только правильная духовная жизнь ведет ко спасению, и если будет у нас эта жизнь, то Господь все управит в Своей Церкви – в нужное время и гораздо лучше, чем, если мы будем пытаться это делать только своими руками.

Дмитрий РУСИН

Публикация сайта «Православное Закамье»


Как помочь нашему проекту?

Если вам нравится наша работа, мы будем благодарны вашим пожертвованиям. Они позволят нам развиваться и запускать новые проекты в рамках портала "Приходы". Взносы можно перечислять несколькими способами:

Yandex money Яндекс-деньги: 41001232468041
Webmoney money Webmoney: R287462773558
Банковская карта
       4261 0126 7191 6030

Также можно перечислить на реквизиты:

Автономная некоммерческая организация «Делай благо»
Свидетельство о регистрации юридического лица №1137799022778 от 16 декабря 2013 года
ИНН – 7718749261
КПП – 771801001
ОГРН 1137799022778
р/с №40703810002860000006
в ОАО «Альфа-Банк» (ИНН 7728168971 ОГРН 1027700067328 БИК 044525593 корреспондентский счет №30101810200000000593 в ОПЕРУ МОСКВА)
Адрес: 107553 Москва, ул. Б. Черкизовская д.17
Тел. (499) 161-81-82,  (499) 161-20-25

В переводе указать "пожертвование на уставную деятельность".

Если при совершении перевода вы укажите свои имена, они будут поминаться в храме пророка Илии в Черкизове.