--

Обоюдоострая ссора: как сотворить чудо милосердия?

08.04.2022

68754255.jpeg

Многим из нас довелось испытать чувство, не позволившее пойти первым на примирение, попросить прощения после ссоры: ну как же так, ведь прав-то я! Как преодолеть гордость и перестать обижаться на мелочи, как научиться прощать и просить прощения в ситуации серьезного конфликта? Своими размышлениями о, кажется, такой понятной, но такой сложной в каждом конкретном случае проблеме поделился протоиерей Димитрий Савельев, настоятель Богоявленского храма села Прислониха Карсунского района Ульяновской области.

На этот вопрос может быть дано, как минимум, два варианта ответов: краткий и развернутый. Первый формулируется в духе известного стихотворения Владимира Маяковского: «Надо делать хорошо, и не надо – плохо». Но на этот ответ всегда находится резонное возражение: «А что, если не получается? Ясно, что лучше быть богатым и здоровым, но я, несмотря на все усилия, по-прежнему остаюсь бедным и больным. Что делать в этом случае?»

Надо признаться, что на вопрос «что делать?» не может ответить никто, кроме самого спрашивающего. Нравственный выбор мы можем совершить только самостоятельно. А что может сделать собеседник для человека, находящегося перед таким выбором? Только постараться обсудить с ним создавшуюся ситуацию, насколько возможно, прояснить спорные вопросы и, если получится, поспособствовать укреплению нравственных сил собеседника. Постараюсь и я предоставить вопрошающему некоторую информацию к размышлению.

Пора подумать о душе

Вопрос про обиды и примирения – вовсе не о том, кто кому что сказал или сделал. А о том, как мы строим отношения друг с другом и как переживаем их (этих отношений) расстройство. Одним из удачных определений, направляющим наши мысли в нужную сторону, является следующая простая формула: «Душа – это то, что болит, когда все тело здорово». Душевная и телесная боль принципиально отличаются друг от друга. Одну с другой мы никогда не перепутаем. Мы чувствуем наличие чего-то отдельного в организме только тогда, когда это что-то болит. Точно так же дело обстоит и с душой: мы не всегда ощущаем ее присутствие, особенно пока в жизни всёв порядке.

Утвердиться в мире

Наиболее мучительную душевную боль приносят нам близкие люди. И мы со своей стороны также делаем это для них. Почему так выходит?

В нас с самого раннего детства сформировано желание быть хорошими, соответствовать окружающему миру. Похвалила мама – счастье! Тогда небо становится голубее, птицы поют веселее. Поругала – приходит горе! Погода портится, птицы кричат резко и неприятно, любимые конфеты теряют прежний вкус.

Но мы выросли. И в большой мир унесли воспитанное в детстве горячее желание быть всегда правыми и хорошими, хотя бы для самих себя. Но нас таких много! И каждый хочет утвердиться в мире. Для этого он старается доказать, что именно его мнение самое верное и правильное. Если я прав, значит, ты виноват. Тогда я – обладатель ключей от твоего внутреннего рая, и в моей власти впустить тебя в него или оставить мучиться в твоем внутреннем аду. Но если я не прав, значит, прав ты. Тогда уже виноват я. И мне предстоит прорываться из горького ада внутренних конфликтов обратно в рай спокойствия и согласия.

В каждом доме, трамвае, магазине с переменным успехом идет война всех против всех. Война душевная, в которой каждый отстаивает свою правоту и, соответственно, вину остальных. Она лишь в редких случаях выходит в область физических столкновений и почти не поднимается на духовный уровень. Но из души в душу в ходе этих военных действий изливается немало яда.

В перспективе вечности

На этом этапе разговора хотелось бы уже перейти к рекомендациям и рецептам. Но, к сожалению, у меня их нет в запасе. Я так же, как и наши читатели, несу в душе сформированный в детстве «комплекс хорошего мальчика» и страдаю от непонимания ближних и дальних.

Теоретически понятно, что имеет смысл поднимать душевные противоречия с миром и людьми на духовный уровень. Тогда можно спросить себя: как связана моя вина с заповедями Божиими, с возможностью спасения или погибели? Какое значение она имеет в перспективе вечной жизни? Случившееся противоречие – это только вина против человека или еще грех против Бога?

К несчастью, доводы самого трезвого, мудрого и справедливого разума не очень-то помогают против сердечной боли. Да и где их взять – трезвость и мудрость – в тот час, когда обида кусает сердце?

Когда Сын Божий воплотился и сошел во временный человеческий мир, Он должен был предоставить Себя каждому бестолковому слушателю, ищущему вразумления, больному, просящему исцеления, грешнику, нуждающемуся в исправлении. И не только это. Спаситель отдал Себя и врагам, гонителям, мучителям, распинающим и убивающим Его.

Мало сказать себе: «Противоречия с миром и людьми – это мой крест». Нужно еще этот крест всей душой принять и быть уверенным, что мы совершаем подвиг, а не преступление, претерпеваем страдания за правду Божию, а не за собственное упрямство и недостатки.

Рефлекс обвинения

Много раз мы повторяли себе эту заповедь: «Не судите, и не судимы будете» (Мф. 7. 1). Но, к сожалению, вспоминаем о ней, только когда наш суд над ближними уже совершился. Наша несовершенная душа, априори до всякого опыта ищущая собственной правоты, начинает судить еще на уровне чувств и ощущений прежде, чем ум успевает сказать хоть одно слово здравого смысла.

Потому вряд ли получится не допустить осуждения. Если наш дух сильнее, чем у окружающих, то наше осуждение с неизбежностью рефлекса переходит на уровень обвинения. Мы торжествуем победу своей правоты и унижение чужой вины.

К вопросу о мотивах

На этом моя информация к размышлению, пожалуй, подходит к концу. В этой беседе я попытался показать внутреннюю связь между осуждением, обвинением и страданием. К сожалению, в нашем несовершенном мире эта связь опирается на такой мощный инстинкт самоутверждения, что, кажется, справиться с ним под силу только святым. Мы к их числу, конечно, не относимся. Как же тогда быть с обещанием постараться способствовать укреплению нравственных сил читателя? Попробую сделать и это.

Во-первых, очень хотелось бы поколебать в себе и окружающих это непреодолимое ощущение внутренней правоты. Мы смотрим на мир собственными глазами и понимаем его только собственной головой. Но кто сказал, что эта позиция – единственно возможная точка зрения? Когда я вижу людей, которых не могу понять и правоту которых отказываются принять мои разум и чувства, стараюсь напомнить себе: и за таких людей Сын Божий воплотился и распялся. Кто я такой, чтобы подвергать сомнению целесообразность Его спасительной жертвы? Поэтому я ни в коем случае не должен огорчаться на то обстоятельство, что близкие мне люди думают иначе о предметах, не вызывающих у меня никаких сомнений. Порой это очень трудно. Но слово «друг» имеет свое неизбежное продолжение, заключающееся в его главной характеристике – «другой». Нужно позволить близкому человеку быть другим, имеющим собственное, отличное от нашего мнение и не делать из этого личной трагедии.

Во-вторых, хочу воззвать к мотивам сочувствия и сострадания. В погоне за счастьем и душевным благополучием мы судим и обвиняем друг друга, причиняя душевную боль. Стоит ли продолжать мучения, которые мы доставляем друг другу и себе самим? Может, пора уже переходить от обвинения к прощению? Ведь речь, чаще всего, идет о самых близких, а потому самых уязвимых людях.

Не могу принять за читателя никакого решения. Я даже не способен разобраться в какой-нибудь конкретной конфликтной ситуации. Только знаю, что выяснение вопроса, кто кому нанес более глубокую душевную рану, – дело совершенно бесплодное. На этом пути невозможно достичь справедливости, но есть опасность еще сильнее разбередить эти раны. Я хочу напомнить: ключи от внутреннего ада обвиняемого находятся в руках обвиняющей стороны. А если обвинения и обиды носят обоюдоострый характер, то на страдания обречены все участники конфликта. Поэтому время сотворить чудо милосердия – прямо сейчас, не ожидая удобного случая.

Публикация газеты «Православный Симбирск»

Поделитесь этой новостью с друзьями! Нажмите на кнопки соцсетей ниже ↓